panpetroff

Не "фото" единым....

175 сообщений в этой теме

 

 

оксана кукол.jpg

 

Всё, что нацией зовётся, всё, что гордость вызывает
У нормальных патриотов без клинических интриг -
Сохраняет неизменный, мудрый, пушкинский, богатый,
Наш родной, свободный, русский, смачный, красочный язык!

Ходят слухи, что отменят благодетели народа
В школах всю литературу (да и дети "устают").
Что за роскошь, в самом деле! Нет с неё ни тли дохода!
Стой, убогая, у входа, нищим здесь не подают...

Вам с какого перепугу снится мнимая свобода?
Оглянитесь - мы за штатом, мы в колонии живём!
Мировой колонизатор без военного похода
Захватил чужие земли главным чудо-языком.

Незаметно прививался, по планете разливался
Не испанский, не японский, и не русский наш родной...
Что смешно - и не английский, просто так он назывался
В упрощённом варианте, скучный, плоский и тупой.

Знаменитый Дейл Карнеги призывал своих сограждан:
Почитайте, мол, Шекспира! Научитесь говорить!
Чип и Дейл вам не помогут (хоть забавны и отважны)
Ни мозги облагородить, ни "базар" обогатить.

Учим слэнг американский, игнорируя Толстого...
Что ж... Слуга всегда обязан понимать язык господ!
Мы, похоже, позабыли, что вначале было - Слово.
Если вспомним это снова - будет нация... и Бог.

       07.05.08 г.

 

http://stihi.ru/2008/05/08/1263

Изменено пользователем panpetroff

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Опубликовано: 21 дек. 2016 г.

18 декабря 2016 «Комсомольцы-добровольцы», «Прощание славянки». Событие не состоялось. «Правый Сектор» разогнал участников
Флешмоб в Комсомольске (ныне, в рамках "декоммунизации" Горишни Плавни) был запланирован на 18 декабря, участники приурочили его ко дню рождения Сталина. Были выбраны советские песни "Комсомольцы-добровольцы и "Прощание славянки"... 


Дальнейшие события описаны со слов националистов "Правого Сектора". Невозможно передать их ненависть к собственному народу и нечеловеческую злобу. Они говорят сами за себя. Перевод с украинского. Стиль и фразеологизмы автора сохранены. 

* * * 


"Они планировали провести акцию - флешмоб и промычать песни коммунистически-советской эпохи российской империи. Выбор даты (18 декабря - день рождения Сталина) и «произведений» в тот день был соответствующий: «Комсомольцы- добровольцы», «Прощание славянки ». 

Силами неравнодушных граждан города, при поддержке бойцов "АТО", блеять местным путиноидам не разрешили. При виде крови, которой ребята обильно полили место российского шабаша, бравые борцы за Русь Единую, забыв слова песни, разбежались. Остаткам ценителей советской песни объяснили, что их репертуар не соответствует реалиям сегодняшнего нашего города. 

Самым упоротым певцам хора советской песни было отдельно объяснено, что слова «где бы мы ни были, с нами Россия», «Ждёт победы России святыня, Отзовись, православная рать!», «Под хоругви мы встанем все смело Крестным ходом с молитвой пойдём, по Российское правое дело Кровь мы русскую честно прольём», «Встань, Россия, из рабскою плена. Дух победы зовёт, в бой пора!», «Хорошо над Москвой-рекой », во время войны с Россией не только не актуальны но и вредны для их здоровья. 

В качестве лечения и профилактики болезни приобретенного советского воспаления мозга они могли бы изучать украинскую историю, культуру и песни и тому подобное. Ну, и как потом оказалось из комментов «сведетелей Лёши Марченко» акцию им сорвал «Правый Сектор». Говорят, что на елке видели соответствующие визитки."

Город Горишни Плавни до 2016 года назывался Комсомольск. В 2016 году 19 мая правительство Украины перименовало город с целью декоммунизации в Горишни Плавни. Новое название не имеет никакого отношения к городу, построенному энтузиастами, первопроходцами-комсомольцами. Многие украинские политики и народ недовольны новым названием... 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Неужели это останется только в записи и европа потеряет свою культуру

 

 

Изменено пользователем panpetroff

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Перед матчем с московским ЦСКА болельщики сербского баскетбольного клуба «Црвена Звезда» спели хором в память об ансамбле имени Александрова, артисты которого погибли при крушении самолёта Ту-154 над Чёрным морем.
Также они вывесили баннер: «Пусть песню этого 20-тысячного хора услышат на небе!»

 

 

MighelRuis понравилось это

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

DS-2012.jpg


«ЕСТЬ У ЧЕЛОВЕКА —
ДОЛГ И ПРАВО»

Беседовал Артём Лебедев

 

Герой нашего интервью — личность неординарная. Учёный-биолог Дмитрий Антонович Сахаров больше известен как один из основателей авторской песни и поэт, публикующийся под псевдонимом Дмитрий Сухарев. Он лауреат Государственной премии РФ по литературе имени Булата Окуджавы, автор поэтических сборников и музыкальных спектаклей. Широкому кругу лиц Дмитрий Антонович знаком по песне из кинофильма «Москва слезам не верит» — «Александра, Александра, этот город наш с тобою…». Об истории создания песни, о друзьях-соавторах — Юрии Визборе и Сергее Никитине, о Москве как современном городе, о стихах, о любви к Отечеству речь и пойдёт в нашем сегодняшнем интервью. 

 

— Дмитрий Антонович, одна моя знакомая юная поэтесса сказала мне, что для неё самое страшное — это лишиться возможности писать стихи. Простым языком это звучит так: потерять вдохновение, дар. Что вы ей посоветуете?

— У меня таких страхов никогда не было. Мне кажется, что если есть профессия, если есть чем заняться, пустота тебе не грозит. В мои молодые годы многие сверстники бросали работу, едва напечатав первые стихи. Но ведь стихи не пишутся всегда. В итоге спивались. Я с профессией не расстался, стихам это не навредило.

Скрытый текст

 

— А в вашей профессиональной деятельности вас что-то пугает?

— Моя профессия — нейробиология. Пугает отсутствие продуманной системы поддержки фундаментальных исследований. Мы шли вровень с мировой наукой о мозге, в некоторых разделах даже лидировали, а сейчас едва держимся на последних остатках советского наследия. Это угроза для безопасности страны. Но вернёмся к вашей знакомой. Посоветуйте ей хоть детей, что ли, в школе учить, как делают несколько близких мне поэтов. Именно трудоголики неизменно радуют своими стихами. Назову хоть Машу Фаликман, она психолог, тянет воз за десятерых, недавно защитила докторскую. Главное — не давать себе поблажки, и дар вашу поэтессу не покинет.

— Как тут не вспомнить стихи Николая Заболоцкого — «Душа обязана трудиться и день и ночь, и день и ночь». Кстати, на ваш взгляд, как правильно говорить: поэт или поэтесса?

— Хороший вопрос. Назвав свою знакомую поэтессой, вы, я думаю, интуитивно выбрали правильное слово. А вот назвать поэтессой Марину Ивановну Цветаеву язык не повернётся. «Поэт» и «поэтесса» не синонимы, каждое из двух слов — правильное, если стоит на своём месте. Ахматову долго считали талантливой поэтессой, но началась большая война, Анну Андреевну эвакуировали из осаждённого Ленинграда в Ташкент, и там она стала большим поэтом. Сравните её довоенные стихи с ташкентскими: небо и земля. Мне как уроженцу и патриоту Ташкента это лестно сознавать.

— В вашей жизни немалую роль сыграло знакомство с Сергеем Никитиным. Как оно возникло?

— Оно возникло в МГУ в связи с каким-то межфакультетским концертом. Никитин только-только поступил на физфак, я был вдвое старше его и работал на биофаке. Знакомство оказалось мимолётным, в памяти ничего не осталось. Однако через некоторое время появился Виктор Берковский, он напористо втянул Никитина и меня в пропаганду собственных песен, которые нам обоим нравились. Вскоре мы все трое оказались в поле притяжения Юрия Визбора. Визбор, человек компанейский, включил нас в свой ближайший круг, где к тому времени уже существовали Вениамин Смехов и Аркадий Мартыновский. Плюс жёны. Собирались часто и по всякому поводу, не только на дни рождения. При этом четверо из шести мужиков — Берковский, Визбор, Веня и Аркаша — были природными лидерами, разве что не бодались. Наперебой импровизировали, блистали остроумием. Никитин и я, молчаливое меньшинство, были оттеснены на обочину этого шумного социума, там и сошлись. Разница в возрасте как бы испарилась, нам стало комфортно вдвоём. Если предстояла серьёзная работа, уезжали из Москвы, чтобы никто не мешал. Обычно уединялись в академгородке Пущино, где нам была доступна пустующая квартира.

— Давайте поговорим о вашей «визитной карточке». Я имею в виду песню к кинофильму Владимира Меньшова «Москва слезам не верит», написанную с лёгкой руки Сергея Никитина и ставшую народной. Не могли бы вы припомнить историю создания этой песни?

— Популярность песни прежде всего связана с тем, что фильм Меньшова очень любим людьми. Если не ошибаюсь, мы работали над «Александрой» как раз в той самой пущинской квартире. Но вы немного ошиблись: «Александра» не была написана с лёгкой руки Никитина. Лёгкая рука была моя. Почти все наши общие песни (а их десятки) начинались со стихов, это нормально. Был единственный случай, когда музыка предшествовала стихам и определила их тональность, — это песня «Вместе с тем» («Жизнь до конца ясна…»). Кстати, и с Виктором Берковским только одна общая песня началась с мелодии — «Альма-матер».

С «Александрой» было так. Меньшов показал нам отснятый материал и попросил песню на титры, после чего мы с Никитиным разошлись и каждый, подобно Винни-Пуху, обхватил голову руками. Не знаю, что тогда гудело в голове любимого композитора, но в моей, вне всякой логики, вдруг навязчиво зазвучал повтор: Александра, Александра... Доверившись этому звуку, я предложил черновик стихов. Никитин завёлся. Мы сочинили и отмели несколько вариантов. Никитин, как у нас было принято, давал ценные советы по стихам, я иногда вмешивался в его музыкальные ходы. Некоторые из вариантов были куда бодрей окончательного. Например, такой:


Александра, Александра, 
Это что пред нами кружит? 
Это с неба, наподобие десанта, 
Ясень высыпает семена. 
Семенами ясень кружит, 
Ясень брешь в асфальте обнаружит, 
Ясень веточкой пробьётся, Александра, 
И пойдут другие времена!

Музыка была духоподъёмная, сродни словам. Всё же мы остановились на более элегическом решении и принесли песню заказчику. Владимир Валентинович удивился: почему Александра? Ведь героиню-то зовут Катерина! Но спорить не стал.

Сдали готовую работу, и я на несколько месяцев уехал в Венгрию по договору о научном сотрудничестве. Пока я там вкалывал в нервные клетки стеклянные микроэлектроды, Меньшову понадобилось, чтобы песня стала длиннее. Срочно мобилизовали нашего общего друга Юрия Визбора, он спас положение. Так что я решительно не могу считать «Александру» своей визитной карточкой. И не только из-за соавторов. Сознаю, что качество стихов довольно среднее. Кроме всего прочего, я не выступальщик, а визитная карточка — инструмент выступальщика. Он выходит на сцену и первым делом поёт хорошо знакомую песню, которая должна расположить к нему публику. А наш брат, литератор, работает за письменным столом, где никого размягчать не требуется. У нас визитных карточек не бывает.

— Имеет ли сейчас Москва, на ваш взгляд, своё «лицо», о котором пелось в песне, и возможно ли «надышаться» этим городом в эпоху хаотичной застройки, сносов памятников русской старины, повального заселения города мигрантами, когда не встретишь «русского лица»?

— Не могу согласиться. По-моему, в последнее время Москва похорошела, мне она по-прежнему нравится. Раньше в Москве не было ни душистых тандырных лепёшек, ни самсы, а теперь на каждом углу. Мигрантов гонит в Москву безработица, среди них есть узбеки — мои земляки, точнее, братья. Беды мигрантов мне близки. Гибель Советского Союза наделала много бед, но кому могу я предъявить претензии? Разве что самому себе. Когда ликвидировали нашу общую родину, я был взрослым человеком. И что же? Пальцем о палец не ударил для её спасения.

— Давайте поразмышляем над вашим стихотворением «Письма русскому другу». Там есть такие строки: «Если выпало в Империи родиться, лучше в ней и помереть, она родная». Вас никогда не посещали думы об эмиграции? В этих строках говорится больше о патриотизме или приверженности своим корням? Для вас слово «патриотизм» — не пошлое слово из разряда «духовных скреп», о которых говорится сейчас так много? Почему для вас «ворюга милее, чем предатель»? В клипе, снятом на это стихотворение показывается ваш быт, ваша дача и окрестности, не так ли?

— Вопросов много, начну с последнего. Да, в клипе, где я читаю «Письма русскому другу», показан кусочек садового товарищества «Театральный». Моя мать работала в театре, участок остался мне от неё. Почти уже полвека назад миллионы советских семей получили от власти царский подарок — шесть соток неугодий. Были болота, стали сады. Всё своими руками. На нашем участке выросли мои внуки и внучки, а на соседнем росли две внучки Визбора. Их бабушка, тоже актриса, в молодости прославилась участием в фильме «Июньский дождь», а у себя в театре играла главную роль в спектакле «Мэри Поппинс». Чуть поодаль растит своих внуков ещё одна симпатичная бабушка, она в том же спектакле играла мальчика Майкла. Мы с Берковским и Никитиным по просьбе Визбора написали для этого спектакля кучу песен. Визбор был настоящий друг, это большая редкость. К концу его жизни мы стали очень близки. Так жаль, что ему не довелось наблюдать, как его внучки Маша и Саша и моя внучка Сима занимаются совместным творчеством в общей песочнице. В клипе виден также мой кот Кесарь, бредущий вдоль кустов сирени под звуки лютни Вадима Козлова. Котика тоже уже нет с нами, увы. С клипом можно познакомиться здесь: https://www.youtube.com/watch?v=8qRyYekeljI

Теперь о моём стихотворении. Оно написано в жанре поздравлялки — я поздравляю с круглой датой давнего друга, Александра Завеновича Мирзаяна. Мой друг известен глубокими размышлениями о судьбах родного языка и отечественной культуры, это важно иметь в виду. Но вообще-то он бард и положил на музыку несколько стихотворений Иосифа Бродского, в том числе знаменитые «Письма римскому другу». Адаптируя «Письма римскому другу» к юбиляру, я решал трудно совместимые задачи. Нужно было заменить античные реалии нашими, российскими — поневоле получается смешно. Но одновременно надлежало оставаться на уровне серьёзности, присущей Мирзаяну. Такова стилистика этой вещи.

«Если выпало в Империи родиться…». Родина, род, родня, родители, родной язык, народ — ведь это не просто однокоренные понятия. И они не с неба свалились, за ними пот и кровь поколений. И всё это ради того, чтобы каждый в свой срок родился и получил положенное по наследству. А получив — сохранил и преумножил и передал дальше по цепочке: вернул долг. Единая, сквозная система естественного долга.

Посещали ли меня «думы об эмиграции»? Отвечу так: да, я давно уже осознал, что имею право эмигрировать. Меня здесь занимает другое: почему все говорят о праве и почти никто о долге? Права человека, права человека… Какой-то мозговой вывих. Хочется договорить эту нехитрую мысль без пафоса. Поможет Александр Межиров, один из любимейших поэтов фронтового поколения:


…Волокли его на волокуше, 
Навалили ватники — озноб. 
Говорит. А голос — глуше, глуше, 
До глубин души — и глубже, в души, 
Как в газетах пишут, — до основ. 

Молвит, умирая: или — или; 
Долг — стоять, но право — отойти. 
Егерей эсэсовцы сменили, 
А у нас резерва нет почти. 

Слева полк эсэсовский, а справа... 
Не договорил... 
Навечно смолк... 
Есть у человека — долг и право... 
Долг и право... долг и право... Долг.

Так и с эмиграцией: или — или. Долг — стоять, но право — улизнуть. Среднестатистический человек иногда вспоминает о долге перед родившей его матерью, но о врождённой обязанности перед землёй и речью можно как бы не думать. С лёгкостью необыкновенной подаются в иноязычные края. А кем там без родины вырастут внуки? Кто сбережёт родной язык? Бросить родину аморально. Это в своё время толково объяснил Юлию Киму другой замечательный поэт-фронтовик, Давид Самойлов. И мой склонный к эмиграции друг понял старшего товарища: «Всё-таки русский интеллигент, да ещё всю Отечественную прошёл. Для таких понятие "долг перед Отечеством" — не звук пустой» (Ю. Ким, «Воспоминания о Давиде»).

Почему «ворюга милее, чем предатель»? Да просто потому, что человек, предавший естественный долг, хуже всех. В частности, хуже ворюги. Украсть у Отечества — не такая мерзость, как предать Отечество. Дональд Трамп, став президентом, первым делом учредил День Патриотизма. Есть смысл подумать, уместны ли шуточки по поводу духовных скреп.

— Поговорим о другом вашем стихотворении, «Прощание с Родиной», ставшем основой для клипа, где вы исполняете эти стихи под музыку того же Вадима Козлова: https://www.youtube.com/watch?v=LXIOslX6acE

Почему Родина вызывает у вас такое чувство щемящей сердце грусти? Как родился ваш тандем с Вадимом Козловым?

— Эта песня грустная, потому что в жизни многое печалит, особенно на финальном её отрезке. Мои контакты с Вадимым Козловым не были настолько стабильными, чтобы говорить о тандеме, но качество его музыкальных решений мне всегда казалось высоким. Добавлю, что Вадим исключительно талантлив и как стихотворец. Этим он отличается от других «моих» музыкантов, но зато похож на свою жену, Ольгу Качанову. Я давно дружу с этой звёздной (в высшем смысле слова) парой, не раз гостил у них в Алма-Ате, где Ольга и Вадим вырастили поколение местных бардов и сделали авторскую песню составной частью культуры современного Казахстана. Вот Ольга и Вадим — настоящий тандем. Не могу не отметить благородную особенность Вадима — он всегда держится в тени Ольги, уступая ей первенство во всём. Такую жизненную стратегию увидишь нечасто.

— Вы жили и творили в эпоху физиков и лириков. Как вы думаете, куда исчез класс физиков и что стало с лириками? Когда произошло это исчезновение? Не стоим ли мы снова на перепутье, именующемся безвременьем?

— Знаменитое стихотворение Бориса Слуцкого «Физики и лирики» родилось на пороге 60-х, оно отразило взрыв всеобщего интереса к успехам науки и техники. Но шестидесятые вовсе не стали безвременьем, совсем наоборот. Лирики в лице поэтов-шестидесятников вскоре взяли реванш, переключив интерес на себя. Спор продолжается и поныне, никто никуда не исчез, но взаимоотношения сторон изменились в сторону взаимообогащения. Желающих писать стихи стало намного больше, чем было раньше. Но мало желающих читать поэзию. Ещё меньше стало желающих разгадывать тайны природы. Однако успешными «лириками» всё чаще становятся как раз «физики», это знаменательно. И поговорить о поэзии стало интересней с «физиком», чем с «лириком». Так мне кажется.

Стоим ли мы на перепутье? Выбор верного пути всегда непрост. Ответственность велика, она на каждом из нас. Закончу советом того же великого поэта — Бориса Слуцкого:


Надо думать, а не улыбаться. 
Надо книжки трудные читать. 
Надо проверять — и ушибаться, 
Мнения не слишком почитать. 
Мелкие пожизненные хлопоты 
По добыче славы и деньжат 
К жизненному опыту 
Не принадлежат. 
 

Январь 2017

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

женщина.jpg

https://demiart.ru/forum/journal.php?user=1182813&comm=422369

 

Изменено пользователем panpetroff

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Новый прототип от робототехнической лаборатории Boston Dynamics.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
  
«Ваши доказательства — не доказательства». Почему людей так трудно убедить фактами
 

В The New Yorker вышла дискуссионная статья о том, как когнитивные искажения влияют на наше мировоззрение. Опираясь на старые и новые исследования (в одном из которых американцам предлагали найти на карте Украину!), её автор утверждает: привычки, которые были хороши для древних охотников и собирателей, играют злую шутку с людьми, живущими в мире "пост-правды" и "альтернативных фактов".

В 1975 году сотрудники Стэндфордского университета пригласили группу студентов поучаствовать в исследовании на тему суицида. Им раздали пары предсмертных записок, одна из которых была настоящей, а другая - сочинённой случайным добровольцем. Участникам нужно было определить, которая из записок настоящая.

Некоторые из них справились с заданием блестяще, дав 24 правильных ответа из 25. Другим это никак не удавалось; "потолком" были 10 правильных ответов. Как это часто бывает в случае с психологическими исследованиями, весь эксперимент был постановочным. Половина записок действительно были настоящими, - исследователи получили их в бюро судмедэкспертизы округа Лос-Анджелес, - но результаты теста были ненастоящими. Участники, которые якобы почти все угадали, на самом деле показали в среднем тот же результат, что и "ошибавшиеся".

На втором этапе исследования обман раскрывался. Участникам сообщали, что реальной целью эксперимента было исследование реакции подопытных на положительный или отрицательный результат теста (как выяснится позже, этот этап тоже был постановкой). В конце концов, студентов просили угадать, сколько записок они отсортировали правильно, и какое количество правильных ответов в среднем дали другие участники. И вот тут-то происходило нечто любопытное: члены группы "отличников" утверждали, что они действительно неплохо справились с заданием, показав результат лучше среднего – хотя им только что сообщили, что у них нет никаких причин так думать. И напротив: в группе "двоечников" студенты считали, что их результат был на порядок хуже среднего; конечно, это утверждение было столь же беспочвенным.

Скрытый текст

 

Несколько лет спустя к похожему исследованию была привлечена новая группа студентов. Им раздали досье на двух пожарных, Фрэнка К. и Джорджа Х. Биография Фрэнка отмечала, в частности, что он является отцом малолетней дочери и увлекается дайвингом. Джордж – отец маленького сына и любитель гольфа. Досье также включало результаты пройденного обоими мужчинами "Теста на готовность к риску". Согласно одной из версий досье, Фрэнк был успешным профессионалом, чьи результаты теста показали, что в работе он почти всегда выбирает наиболее безопасное действие. Другие студенты получили досье, в котором Фрэнк в своих действиях также оказывался "перестраховщиком", и при этом – никудышным пожарным, на которого вышестоящие коллеги неоднократно подавали рапорты.

И снова посреди теста студентам сообщили, что их обвели вокруг пальца, раздав неправдивую информацию. Затем участников попросили составить портрет успешного пожарного – каким должно быть его отношение к риску? Те, кто получил первый вариант досье, утверждали, что риска следует избегать. Остальные – что на риск следует идти.

Как отмечают исследователи, "даже после того, как их представления были полностью опровергнуты, люди не смогли соответствующим образом скорректировать свои убеждения". В этом случае неспособность подстроиться под новые факты была "особенно впечатляющей", поскольку исходных данных категорически недостаточно для того, чтобы делать из них обобщённые выводы.

Стэнфордские исследования стали известными. Сделанное учёными заявление о том, что люди неспособны трезво мыслить, шокировало публику 70-х. Теперь оно никого не шокирует – тысячи новых экспериментов подтвердили и уточнили это утверждение. Каждый из тех, кто следил за исследованиями (или хотя бы иногда пролистывал выпуски Psychology Today), знает, что любой выпускник ВУЗа с планшеткой способен продемонстрировать, как кажущиеся разумными люди порой ведут себя совершенно иррациональным образом. Сейчас этот парадокс кажется особенно актуальным. Но почему так происходит – все ещё загадка.

В своей новой книге "Загадка разума", которая вышла в издательстве Гарвардского университета, ученые-когнитивисты Хьюго Мерсье и Дэн Спербер пытаются ответить на этот вопрос. Мерсье, работающий в исследовательском институте в Лионе (Франция), и Спербер (Центрально-Европейский университет, Будапешт) считают, что разум – свойство, развившееся в ходе эволюции, подобно бипедализму и трихроматизму. Оно зародилось в африканских саваннах, и для его понимания необходим контекст.

Довод Мерсье и Спербера, если озвучить его в более научно-популярном виде, звучит примерно так: наибольшее преимущество человека над другими видами – его способность к сотрудничеству. Установить отношения сотрудничества с кем-либо непросто; поддерживать их не менее сложно. Для любого индивидуума наилучшим способом существования остаётся паразитизм. Так вот: разум возник не для того, чтобы мы решали абстрактные логические задачи или делали отвлечённые выводы из каких-либо данных; он развился для того, чтобы помочь нам справляться с проблемами, связанными с жизнью и взаимодействием в обществе.

"Разум помогает адаптироваться к той гиперсоциальной нише, которую заняли люди как вид", - пишут учёные. Так что привычки нашего мозга, которые с "интеллектуалистской" точки зрения кажутся странными или откровенно глупыми, оказываются куда толковее, если рассматривать их с "интеракционистской" (основанной на взаимодействии) точки зрения.

Давайте рассмотрим когнитивное искажение, известное как "предвзятость подтверждения". Так называют склонность человека принимать ту информацию, которая подтверждает их убеждения, и отрицать факты, которые этим убеждениям противоречат. Это когнитивное искажение задокументировано лучше других: ему посвящено столько экспериментов, что хватит на отдельный учебник. Самый известный из них также проводился в Стэнфорде. Для этого эксперимента исследователи отобрали студентов, придерживавшихся противоположных взглядов на необходимость смертной казни. Половина участников выступала за смертную казнь и считала, что она снижает уровень преступности; другая половина была против высшей меры наказания, которая, по их мнению, не влияет на число преступлений.

Студентов попросили ознакомиться с двумя исследованиями. Одно из них подтверждало мнение о том, что смертная казнь снижает уровень преступлений в обществе; другое приводило факты, которые ставили эту теорию под сомнение. Как вы уже догадались, оба исследования были фейковыми; их показали студентам лишь затем, чтобы они отталкивались от какой-то весомой статистики. Те из них, кто изначально поддерживал введение смертной казни, сочли убедительными данные, подтверждающие их точку зрения, а данные, противоречащие ей, посчитали не заслуживающими доверия. В другой группе все произошло с точностью до наоборот. В конце эксперимента студентов вновь спросили об их взглядах. Те, кто изначально поддерживал смертную казнь, лишь укрепились в своём мнении; те, кто был против высшей меры, теперь относились к ней ещё негативнее.

Если разум нужен нам для того, чтобы формировать здравые суждения, то трудно представить себе более серьёзный производственный брак, чем предвзятость подтверждения. Представьте себе мышь, которая мыслит как мы, предлагают Мерсье и Спербер. Эта мышь, "которая ищет подтверждения тому, что вокруг нет котов", вскоре станет кошачьим обедом. Если такая черта нашего мышления приводит к тому, что мы готовы отбрасывать свидетельства о новых (или недооценённых) угрозах, то она, вероятно, должна была пропасть в процессе эволюции. Тот факт, что выжило и человечество, и эта его черта, говорит о том, что у неё есть некая адаптирующая функция. И эта функция, по мнению Мерсье и Спербера, связана с нашей "гиперсоциальностью".

Мерсье и Спербер предпочитают термин “myside bias” ("склонность к подтверждению своей точки зрения"). Они напоминают, что по своей природе люди не склонны верить во что попало. Выслушав чужие аргументы, мы порой с лёгкостью можем обнаружить в них слабые места. При этом собственные ошибки мы зачастую в упор не видим.

Недавний эксперимент, проведённый Мерсье с его европейскими коллегами, хорошо продемонстрировал этот парадокс. Участников попросили решить несколько простых логических задач. Потом им было предложено пояснить свои ответы и изменить их, если в процессе отвечающий находил ошибку. Большинство людей придерживалось своих изначальных ответов. Изменения вносили меньше 15% участников.

На следующем этапе эксперимента участнику давали одну из тех же задач вместе с его ответом и ответом другого участника, отличным от их собственного. И вновь ему предлагали изменить своё решение. Здесь организаторы шли на хитрость: под видом чужого ответа участникам показывали их собственный – и наоборот. Около половины людей догадались, что их обманывают. Другая половина внезапно стала гораздо критичнее к своим ответам: около 60% людей изменили решение, которое ранее их удовлетворяло.

По мнению Мерсье и Спербера, это несоответствие демонстрирует истинную цель возникновения мышления – не дать человеку стать "крайним" в коллективе. Наши предки - охотники и собиратели, жившие небольшими группами, в основном заботились о своём социальном положении – и о том, чтобы не рисковать своей жизнью на охоте, в то время как остальные отсиживаются в пещере. Здравомыслие в его современном понимании не принесло бы тогда особой пользы, а вот умение выиграть спор было весьма полезным.

Такие вопросы, как черты характера идеального пожарного или влияние смертной казни на уровень преступности, ни капли не волновали наших предков. Им не приходилось сталкиваться с подделанными исследованиями, Twitter’ом и фейковыми новостями. Поэтому нет ничего удивительного в том, что мышление часто нас подводит. Как пишут авторы, "это один из тех случаев, когда естественный отбор не был способен угнаться за меняющейся окружающей средой".

Стивен Сломэн (Брауновский университет) и Филип Фернбах (Университет Колорадо) также занимаются когнитивными исследованиями. И они тоже считают, что социальность – ключ к пониманию функций (и дисфункций) человеческого мышления. Свою книгу "Иллюзия знания: почему мы не мыслим самостоятельно" они начинают с описания… унитаза.

Любой житель цивилизованного мира знаком с устройством унитаза – как правило, керамической чаши, заполненной водой. Когда нажимаешь на рычаг или кнопку, вода засасывается в трубу, а из неё утекает в канализацию. Но как в действительности это происходит?

В ходе исследования, проведённого в Йельском университете, аспирантов просили оценить своё понимание принципа работы повседневных вещей, включая унитазы, молнии на одежде и дверные замки. После этого им нужно было написать детальное, пошаговое описание работы такого устройства, и повторно оценить уровень своего понимания. Очевидно, эксперимент продемонстрировал участникам их собственное невежество, поскольку на втором этапе оценки снижались. (Выходит, устройство унитазов сложнее, чем кажется на первый взгляд.)

Сломэн и Фернбах замечают этот эффект (который они называют "иллюзией глубины объяснения") практически повсюду. Люди склонны преувеличивать свои знания. А другие люди подкрепляют это убеждение. В случае с унитазом, кто-то создал такую конструкцию, чтобы ею было легко пользоваться. Люди повсеместно полагаются на чужие знания и умения – с тех времён, когда мы были пещерными охотниками (это, похоже, было ключевым этапом нашей эволюции). И мы так искусно взаимодействуем с другими, что с трудом можем определить, где кончается наше собственное понимание и начинается чужое, считают учёные.

"Одним из условий разделения умственного труда является отсутствие чёткой границы между знаниями и убеждениями разных членов группы", - пишут они.

Это отсутствие границы (или, если угодно, порядка) – ключ к тому, что мы называем прогрессом. Изобретая новые инструменты, а с ними – новый образ жизни, люди в то же время создавали новые "сферы неведения". К примеру, если бы каждый человек считал необходимым освоить принцип металлообработки прежде, чем взять в руки нож, от Бронзового века было бы мало толку. Когда речь идёт о новых технологиях, частичное невежество может быть полезным.

Но не в сфере политики, добавляют Сломэн и Фернбах. Одно дело – нажать на кнопку слива, не зная, как она работает, и совсем другое – поддержать указ о запрете на въезд в США, сути которого ты не понимаешь. Сломэн и Фернбах ссылаются на опрос, проведённый в 2014 году, спустя некоторое время после «аннексии» Россией Крыма. У респондентов спрашивали, как, на их взгляд, должны отреагировать США, и просили их показать Украину на карте мира. Как правило, чем хуже у респондента было с географией, тем больше он склонялся к варианту силового вмешательства. (В целом "географическая" часть опроса оказалась для опрошенных столь непосильной, что в среднем ошибка составляла 1800 миль – практически расстояние от Киева до Мадрида.)

Многие другие опросы показали не менее тревожные результаты. "Как правило, сильные переживания, связанные с тем или иным вопросом, не говорят о его глубоком понимании", - пишут учёные. И наша зависимость от чужой точки зрения лишь усугубляет проблему.

К примеру, если вы считаете, что Закон о доступном здравоохранении безоснователен, и я полагаюсь на вашу точку зрения, то моё мнение тоже будет безосновательным. Некто Том также со мной соглашается – и теперь у нашей точки зрения уже три сторонника. Плюс, каждый из нас чувствует себя гораздо самодовольнее, чем раньше.

И если каждый человек будет игнорировать "недостаточно убедительную" информацию, которая противоречит его мнению, получим… администрацию Трампа.

"Вот так общество, полагающееся на знания, становится опасным", - пишут Сломэн и Фернбах. Они провели собственный вариант эксперимента с устройством унитаза – заменив предметы быта на вопросы государственной политики. В ходе исследования, проведенного в 2012 году, они задавали респондентам следующие вопросы: нужна ли США программа индивидуального медицинского страхования? Нужна ли нам система оплаты труда учителей, основанная на их конкретных заслугах? Участники должны были дать оценку тому, насколько сильно они соглашаются или не соглашаются с тем или иным предложением. Затем их просили как можно подробнее объяснить эффект от внедрения той или иной упомянутой государственной инициативы. На этом этапе большинство респондентов заходило в тупик. Когда их снова просили оценить степень своего согласия или несогласия, они снижали оценки, показав тем самым, что их точка зрения уже не столь непоколебима.

Для Сломэна и Фернбаха результат этого теста – маленький луч света в тёмном царстве. Если бы мы, наши друзья или эксперты с CNN тратили больше времени на изучение последствий таких инициатив, а не поучали друг друга, то осознали бы свою беспомощность и умерили радикальность своих взглядов.

Науку можно рассматривать как систему, которая устраняет ошибки, к которым по своей природе склонны люди. В лабораторных условиях нет места для предвзятости; исследование можно повторить в другой лаборатории, у работников которой нет мотива для беспочвенного подтверждения предыдущего результата. Вероятно, именно поэтому система оказалась столь успешной. В любой момент какая-то сфера знания может оказаться во власти беспорядка, но в конце концов на помощь приходит методология. Наука движется вперёд, даже если сами мы топчемся на месте.

В своей книге "Могила исправит: почему мы игнорируем факты, которые могут нас спасти", психиатр Джек Горман и его дочь, эксперт в области здравоохранения Сара Горман, исследуют разрыв между тем, что утверждает наука, и тем, во что мы верим. Их беспокоят убеждения, которые не только не соответствуют действительности, но и могут быть смертельно опасными – например, вера во вред прививок. Безусловно, вредно отказываться от прививок – ведь они как раз-таки призваны защитить наше здоровье. "Иммунизация – одно из больших достижений современной медицины", - пишут авторы. Но сколько бы научных исследований ни доказывали безопасность вакцин и отсутствие связи между ними и развитием аутизма, противники прививок остаются непоколебимыми. (К ним можно отнести и Дональда Трампа, который заявлял, что они с женой согласились сделать прививки своему сыну Бэррону, но вакцинирование было произведено не в сроки, рекомендованные педиатрами.)

Горманы считают, что типы мышления, которые сейчас кажутся самоубийственными, когда-то имели адаптивную функцию. Они также посвящают множество страниц "предвзятости подтверждения" - у которой, по мнению Горманов, есть и физиологический аспект. Они ссылаются на исследование, показавшее, что люди испытывают физическое удовольствие – всплеск допамина – сталкиваясь с информацией, которая подтверждает их точку зрения. "Оставаться верным своим убеждениям, даже когда ты неправ – приятное чувство", - пишут они.

Джек и Сара Горман хотят не просто перечислить ошибки в нашем мышлении; они хотят их исправить. Должен существовать способ убедить людей в том, что прививки не вредят детям, а ношение оружия не защищает от опасности. Но и здесь они сталкиваются с проблемами, которые сами перечислили: люди попросту игнорируют предоставленную им достоверную информацию. Можно попробовать взывать к эмоциям, а не разуму – но это противоречит целям людей, пропагандирующих научный подход. В конце своей книги они пишут: "Нам все ещё предстоит справиться с тенденциями в обществе, которые приводят к появлению антинаучных убеждений".

Эти три книги были написаны до состоявшихся в ноябре президентских выборов. Однако они предугадали появление "альтернативных фактов" и Келлиэнн Конуэй (советницы Трампа, которая ввела этот термин в обиход). В наши дни нередко возникает чувство, что над всей страной ставится психологический эксперимент, автор которого – не кто иной, как Стив Бэннон. Возможно, рациональным путем можно прийти к решению этой проблемы, но учебники по этому вопросу не очень-то обнадёживают.

Марина Мойнихан

 

http://alternatio.org/articles/articles/item/49812-

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Хаски о литературе, траве и коррупции

«Что будет с властью через год — никто не знает»

58e2166c1195f_.jpg.1a358ff0d64d283f8f22a505c27166c2.jpg

Фотография: Игорь Клепнев
Вышел новый альбом рэпера Хаски «Любимые песни (воображаемых) людей». Даже если умерить восторги, это очень значительная, сильная запись. Серафим Ореханов поговорил с ее автором.
 

— О чем альбом?

— Все, что со мной происходит, я туда выплеснул. Я так долго его откладывал, переделывал, переписывал, что уже дальше некуда было. Все вроде бы честно, и мне не стремно за него совсем. Скорее всего, это самое важное, что я в жизни сделал.

Но сейчас мне хочется на какое-то время перестать писать. Если ты типа музыкант, с утра до вечера занимаешься музыкой, это работает в случае с настоящими музыкантами. А в случае с околопоэтической … [фигней] не работает. Пока мне есть, что сказать в музыке, но важно не позволять говорить лишнего и не повторяться.

 

Скрытый текст

 

— Есть слух, что тебе «Газгольдер» за этот альбом предлагал миллион рублей, но ты отказался.

— Это инсайд из параллельного измерения, мне кажется. С ребятами из «Газгольдера» мы общаемся, они хорошие. Больше мне сказать нечего. Ни с каким лейблом, творческим объединением или продюсерским центром я не связан напрямую. Но читал недавно, что через меня, оказывается, бурятские бандосы отмывают деньги.

 
 

— Что будешь после выхода альбома делать?

— Будет концертный тур. Потом хочу поехать домой, в Улан-Удэ. На Донбасс я бы съездил. Я бы с радостью все бросил и уехал в батальон к Прилепину.

— Ты же уже бывал на Донбассе?

— Да, когда там все было в разгаре. Я купил билет до Ростова, там пересел на маршрутку и приехал в Донецк. Снимал за двенадцать тысяч рублей трешку в самом центре. Получил в первый же день аккредитацию в штабе как журналист просто по студенческому билету журфака. Бродил везде. В районе аэропорта люди Моторолы меня скрутили, приняли за украинского диверсанта. Повезли к Мотороле, я все объяснил: «Так и так, приехал посмотреть просто». Он такой: «Ну и … [хрен] с тобой, иди». Он — фигура, конечно. Потом я был в Луганске, в Дебальцево.

— Ты был чуть ли не главной звездой первого номера журнала Esquire, сделанного командой Сергея Минаева. И вообще ходят слухи, что Минаев какие-то значительные усилия вкладывает в твое продвижение. Расскажи про это.

— Я работал под его началом на «Контр-ТВ». Там был молодой коллектив, и у многих, в том числе и у меня, были достаточно туманные функции. Я только начал учиться на журналиста, мне повезло туда попасть, там мне было реально интересно. Из всего своего журналистского опыта я бы этот выделил. Но сказать, что мы там были с Минаевым друзья, я не могу. Я к нему нормально отношусь. Думаю, что он ко мне тоже нормально относится. С тех пор мы пересеклись только однажды, на вечеринке «Эсквайра». Честно говоря, я не знаю, его ли инициатива была меня позвать, побоялся спросить.

— А ты что думаешь про его книги?

— Не могу сказать, что я поклонник творчества Минаева. Что-то в его книгах есть такое, что отражает важное для нулевых настроение. Об их художественной ценности я судить не берусь, но определенные попадания там есть. Естественно, есть более вечные книги в современной русской литературе. Это понятно.

— Прилепин?

— Прилепин, Лимонов. Есть еще Александр Терехов, есть Михаил Гиголашвили, Роман Сенчин, Михаил Елизаров, Иванов. Я хожу в библиотеку неподалеку, беру там книги. У меня была и своя библиотека, небольшая, но крепкая, которую я насобирал, но я ее отдал товарищу, потому что мне было негде жить, я скитался — и она мне была в тягость.

Я многое прочитал благодаря знакомству с Прилепиным, он постоянно пропагандирует современную русскую прозу. Мне как человеку пишущему что-то — хотя бы какую-то … [фигню], но все равно пишущему, — это интересно. Потому что все пишущие люди находятся хотя и в разных эпохах, но в одной комнате. С ними можно поговорить. Не важно, что ты пишешь: песни, … [черт возьми], для группы «Руки вверх!» или философские трактаты. Так или иначе, ты работаешь со словом, с его тайными значениями, с подсознанием, начинкой слова.

 
Как Хаски работает со словом и его начинкой, можно судить по песне «Панелька»

— Ты можешь назвать Прилепина своим другом?

— Ну я бы назвал его своим старшим товарищем. Вот так. Хотя думаю, что, наверное, все-таки могу назвать его другом. Я знаю хорошо его семью, и Захар, к его чести, один из самых правильных людей, которых я в жизни встречал. Слова с делами у него вообще не расходятся. Скажем, он выступает за традиционные ценности и полностью в своей жизни эти вещи воплощает.

— Ты бы хотел так жить?

— Ну я, к сожалению, другой человек. Здорово, что есть такие люди, у которых получается сделать все правильно, без какого-то конфликта внутреннего. Я не являюсь таким человеком. Может быть, это вопрос времени, а может быть, и просто природы моей, … [кто] его знает. Мне кажется, если бы в России все семьи были, как у Захара, то все было бы очень хорошо. Но этого никогда-никогда не будет.

— Для тебя настолько ценна в Прилепине, да и вообще в людях именно искренность — чтобы убеждения не расходились с делом?

— Ну а что еще может быть важно? Наверное, талант, но я тут снимаю шляпу. И молчу. Конечно, главное, если говорить о художниках, — это сила таланта, все остальное — уже биография. Ну, я не знаю, помоги мне.

Подробности по теме
 
 
Русская литература
Захар Прилепин «Главная мысль русской литературы: Бог есть, Россия святая, ты ответишь за все»
1.6К
Захар Прилепин «Главная мысль русской литературы: Бог есть, Россия святая, ты ответишь за все»

— Мы обсуждали с тобой поэта Клюева. Который был такой весь сермяжный, а когда не выступал на публику…

— Его ряженым называют.

— Да, и когда он оставался один дома, то одевался в нормальную европейскую одежду и читал Гейне в оригинале. Это его как поэта портит или не портит?

— Очень не люблю такое. Эта фигушка в кармане, которую он держал, перформанс, который он из себя делал, — нет, мне это не нравится. Но те вещи, которые он написал, его оправдывают, они сами по себе являются, может быть, большим, чем он сам. Ты понял меня, в общем.

— Ты написал протестный трек ко дню рождения Путина. Но при этом говоришь, что мечтал бы жить как Прилепин. Хотя, кажется, его отношение к нынешней власти диаметрально противоположно тому, что ты изложил в том юношеском треке.

— Я не говорю, что мечтаю жить как кто-то — я хотел бы как-то по-своему все-таки. Тут важно, что Прилепин большую часть своей жизни занимался революцией. Он является членом запрещенной в России Национал-большевистской партии.

— Ну это вопрос был про тебя, а не про Прилепина.

— Сейчас мы выйдем и на меня. Смотри. Большую часть своей молодости он выступал с открытой и достаточно жесткой критикой власти, в том числе и Путина. Он говорил о том, что в последние годы неожиданно стало программой власти. Лимонов говорил в 1994 году о том, что нужно возвращать Крым. А сейчас это стало мейнстримом. НБП и Прилепин, в частности, всегда стояли на своем. В какой-то момент их идеи совпали с тем, что считала и считает правильным власть. Они не менялись, власть изменилась. Это самое важное.

Возьмем условного Немцова, которого на иконостас поместили уже некоторые товарищи. Его позиция, скажем, по праворульным машинам — такая острая тема на Дальнем Востоке, даже у нас, в Бурятии, — всегда зависела от его места на политической арене. То есть когда он был чиновником, он защищал точку зрения власти. Когда он оказался в оппозиции — он говорил все с точностью наоборот. Такие люди не вызывают у меня никакой симпатии. Никакой. Это проституция — таких и во власти, и в оппозиции огромное количество. В СМИ огромное количество шлюх работает, опять же. Людям надо что-то есть, нюхать, летать в Испанию — приходится продаваться немножко.

Но вернемся к людям достойным. Понимаешь, сейчас Лимонов и Прилепин нравятся власти, потому что они говорят то, что власти в этот момент выгодно. Но они говорили это давно и будут говорить всегда. А что будет с властью через год — никто не знает.

 
У самой популярной на данный момент видеоработы Хаски «Пуля-дура» чуть меньше миллиона просмотров — в этом смысле он сильно отстает от чемпионов рэп-ютьюба

— Ну а ты сам что думаешь про власть? Какие у тебя политические взгляды?

— Все эти политические градации, правые и левые, были придуманы … [ужас] как давно. И все перемешалось, как-то обросло. Когда мы говорим о леваках, это вообще очень сложно, мы в постиндустриальном обществе —какие еще рабочие и профсоюзы? Надо как-то по-другому ставить вопрос.

Мне в чем-то близка позиция Ги Дебора. Леваком я себя назвать не могу, но при этом симпатизирую некоторым левым идеям. Так же, как могу симпатизировать и некоторым либеральным идеям, некоторым правым идеям. А про власть — ну вот есть бюрократический аппарат, огромное количество людей, они нам просто не нужны. Нужно этот жирок растрясти, убрать к чертовой матери. Как можно скорее и жестче. Кто это будет делать, непонятно. К условным немцовым у меня никакого доверия нет. Плюс во власти есть популисты какие-то, Милонов и вот еще женщина, как ее… Мизулина. Мне кажется, это либо клоуны, либо сумасшедшие. Есть законы, которые были приняты по инициативе этих людей, которые вообще не нужны, на мой взгляд. Ну, и коррупция. Вот эти все расследования недавние — это позор, конечно. С другой стороны, если бы все везде было по закону… Если бы всех моих друзей, которых поймали с запрещенными веществами, посадили в тюрьму, то у меня, может, вообще не осталось бы друзей. А так хотя бы можно заплатить.

— Можно легализовать марихуану — и платить не придется.

— Если меня спросят — я, собственно, легализовал бы легкие наркотики. Но это сложное решение. Я бы выслушал людей авторитетных, которые мне могут сказать: «Диман, смотри, статистика, … [черт возьми]». Я бы сказал: «…[зашибись]». Или сказал бы: «Да нет, все-таки не надо». Так или иначе, не хватает у нас нормальной дискуссии. Скажем, меня в интервью спросили: «Как ты относишься к геям?» Да никак. Нужно ли легализовывать гей-браки? Откуда мне знать, я не сексолог и не социолог.

— В интервью ты часто критикуешь московский истеблишмент, да и в твоей музыке есть место критике «лидеров мнений … [слово, рифмуется с «вонючих», но нецензурное]». Но при этом взлет твоей популярности в последнее время во многом связан с тем, что отдельные важные для истеблишмента люди — условно, Кирилл Серебренников — твои персональные фанаты. Как так?

— Просто в одном из интервью меня спросили, как я отношусь к истории с жителями Патриарших — я свою позицию озвучил. Она заключается в следующем: не стоит считать себя качественно высшим существом, даже если у тебя много денег и ты такой образованный и культурный. Что касается истеблишмента: никаких попыток ни с кем сблизиться я не предпринимал, но если человек талантливый меня высоко оценивает, я ничего в этом не вижу плохого. Люди слушают, что хотят. Вот все захотели меня послушать. Может, это связано с тем, что я какой-то антропологический интерес для людей представляю. Посмотри, какая обезьянка, ух ты.

— Но это те люди, которым ты бы хотел нравиться?

— Я никому не хотел нравиться и не думал никогда об этом. Кирилл Серебренников, конечно, это приятно, что у него вообще есть какое-то мнение о том, что я делаю. Тем более что я ничего не делал, для того чтобы у него это мнение появилось. А про лидеров мнений в целом… Ну да, я иногда что-то там такое говорю, едкое. Просто для меня важно петь о том, что видишь, а не о том, что в интернете прочитал.

— Ну можно про любовь петь.

— Можно про любовь так петь, что в этой музыке будет самая мощная критика общества потребления. В общем, я стараюсь честно писать тексты, вне зависимости от чьих-то симпатий и антипатий. Я делал треки, когда не был кому-то интересен и даже не пытался быть кому-то интересен. Сейчас, когда есть определенный интерес, я не хотел бы из-за него менять свое поведение.

— Это тебе стоит каких-то усилий?

— Мысль о том, что от меня чего-то ждут, где-то на задворках сознания есть. Просто нужно ее … [на фиг] послать. И все. Иначе можно стать ручной обезьянкой для кого-то — критиков, музыкального истеблишмента. Плюс музыка, как и любое другое творчество, оставляет дельту интерпретации. Поэтому если кто-то считает, что я, например, чрезмерно критикую московский истеблишмент, это не моя проблема. Может, я критикую людей, которые критикуют московский истеблишмент. … [кто] знает, я сам не знаю толком.

 
Это видео Хаски выпустил ровно год назад, весной 2016-го, запустив первую волну разговоров о себе. «Афиша» тогда сравнила «Черным-черно» с гремевшим в то время «Hotline Bling» Дрейка. В дальнейшем стало понятно, что Хаски и в самом деле посматривает за теми, кто задает тренды в американском рэпе. Другое дело, что перенимая фонетические и интонационные приемы исполнителей трэпа, музыки модной, но пустоватой, он показывает, как интересно она может звучать, если наполнить ее содержанием.

— Расскажи о своих отношениях с adidas.

— Когда я был маленький, я носил адики, как и все, паленые, конечно. Сейчас мы с ребятами из Улан-Удэ снимаем однушку, у нас несколько костюмов адидасовских есть, мы их носим по очереди.

— Ты следишь за просмотрами своих клипов на ютьюбе?

— Я периодически смотрю, что там с ними происходит. Мне интересно, как какие-то вещи влияют на просмотры. Ну смотрю, читаю комментарии. Это просто инструмент, который позволяет измерить резонанс.

— Ты ж говоришь, что тебе важно не следовать за хайпом, а ориентироваться на себя.

— По большому счету, конечно, хочется, чтоб было просмотров больше, что тут лукавить. Есть возможность посмотреть, я смотрю. Если бы не было ютьюба, я бы не смотрел. В этом плане я такой же, как и все.

— В твоем плеере чуть ли не половина музыки — песни группы «Четыре позиции Бруно». Ты общаешься с Ситниковым, ее основателем?

— Какое-то время общался.

— Почему какое-то?

— Потому что потом перестали общаться.

— Почему?

— Ну как-то мы поссорились, оказалось, что на вещи смотрим по-разному. Я не могу рассказать.

— Ты продолжаешь его музыку слушать?

— Конечно. Опять же, мне нравится, что «Четыре позиции Бруно» работают с реальностью. Это видно сразу. Я тоже работаю с реальностью абсолютно всегда. В том, что я делаю, нет никакой выдумки, деланости. Большая часть русского рэпа — это попытка адаптировать какую-то … [фигню]. Это иногда получается очень круто и очень слушабельно. Но это не творческая задача, это какая-то другая задача, не знаю, какая.

А «Четыре позиции Бруно» — угол зрения у них такой поломанный и как бы треснутый. Но это добавляет каких-то красок, какой-то нужной кислоты. Так или иначе, люди-то — они вот, ты их можешь узнать, увидеть за этой музыкой. Суть творчества именно в том, чтобы смотреть вокруг, пытаться в обыденном найти вдохновение и материал. И это самое правильное, что может быть. Потому что все остальное, все искусственное — это птичья … [фигня]. Я слушаю в основном негров, и когда негр говорит английские слова — это …[зашибись]. А какие еще он должен говорить? Но вот, допустим, для травы в каждом регионе есть пять-шесть названий. А в русском рэпе без конца «Скручу я блант». Ну какой еще блант? Почему бы не говорить об этом нашим языком, когда это гораздо интересней, круче, фактурней? Это немножко унизительно. Чувствуешь себя каким-то таким, … [черт возьми], ряженым. Как Клюев, только гораздо хуже.

 
Так звучал Хаски три с половиной года назад, когда новости о нем публиковали только рэп-сайты, — да и те делали это нечасто

— Но эту же претензию можно и американскому рэпу предъявить: не все, кто про это читает, жили в гетто, грабили банки и не имели доступа к чистой воде.

— Ну у них это в культуре укоренено, по крайней мере. Вот есть у нас, допустим, русский шансон. По крайней мере это хотя бы работа с нашими реалиями. И за это можно пятюню влепить. А когда ты основываешь все свое творчество на том, что ты видел на ютьюбе, — а такие люди есть, и их …[до фига] Я ведь тоже источники вдохновения беру где-то на Западе. Я рэп не придумал.

— Подожди, ты же говоришь, что источник твоего вдохновения — это реальность, а не ютьюб и не американский рэп.

— Ну я работаю в жанре рэпа, который на меня, очевидно, влияет. Я просто пытаюсь хотя бы текстуально быть самим собой.

— Что еще ты слушаешь?

— «Касту», «Многоточие», «25/17», The Chemodan. Вот Рем Дигга очень крутой персонаж. Человек волею судьбы оказался прикован к инвалидному креслу, он большую часть времени проводит у себя в комнате, но его песни звучали по всей стране. Из каждого тазика. Люди тратят бабки, заморачиваются про маркетинг и пиар, пытаются кому-то понравиться и все равно такого результата не достигнут.

— До начала интервью ты сказал, что устал от своего присутствия в медиа и не хочешь больше давать интервью.

— Ну видишь, дал слабину.

— Чем тебе не нравятся интервью? Кажется, у тебя хорошо получается.

— Мне трудно выворачиваться наизнанку в интервью, для этого есть музыка. А в интервью, вообще в разговоре, я никогда не скажу того, что я на самом деле чувствую. Для этого нужен художественный текст, потому что там ты можешь точно сказать.

— Ты когда про свою музыку говоришь, говоришь всегда про текст, а не про звук.

— Этот альбом как раз тем для меня важен, что до этого я больше тексту уделял внимания, а здесь мне хотелось быть цельным. Сейчас мне гораздо интереснее музыка, чем текст. При этом мне нравится делать музыку по структуре своей достаточно попсовую: куплет — припев, куплет — припев.

— Ты слушаешь академическую музыку?

— Я не могу сказать, что я прямо ее слушаю: периодически, под настроение. … [зашибись], что она есть, что ее слушают.

— Расскажи про свою экономику. Ты сейчас выпустишь альбом, это тебе даст возможность какое-то время ничего не делать?

— Я надеюсь. Зависит от того, как пройдут концерты. Я вполне готов к тому, что все может закончиться и нужно будет по-другому как-то жизнь устраивать, без музыки как заработка. Есть куча других интересных замыслов, которые вообще музыки не касаются или касаются очень вскользь. В рэпе не очень много можно сказать. Не все, по крайней мере, как ни старайся.

— Ты выступал в Парке Горького буквально одновременно с митингом против коррупции в Москве. Тебе не кажется, что тебя использовали, чтобы хотя бы часть молодой аудитории оттянуть от митинга?

— Последние несколько недель я так был занят альбомом, что совсем упустил из внимания повестку дня. Несколько моих знакомых ходили погулять по Тверской. Если бы я не выступал в этот день, вполне возможно, сходил бы тоже. К Навальному никаких симпатий нет, просто интересно, что там за люди вышли и зачем.

 

 

Изменено пользователем panpetroff

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Уличный художник Alex Senna

Бразильский уличный художник Алекс Сенна (Alex Senna) рисует объемные картины наполненные добротой и юмором.

Уличный художник Alex Senna
 

Скрытый текст


Уличный художник Alex Senna

Уличный художник Alex Senna

Уличный художник Alex Senna

Уличный художник Alex Senna

Уличный художник Alex Senna

Уличный художник Alex Senna

Уличный художник Alex Senna

Уличный художник Alex Senna

Уличный художник Alex Senna

По материалам сайта etoday.ru

 

Петр понравилось это

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Сестра погибшего в Чечне бойца - генералу Росгвардии: Возьмите меня служить вместо брата!

Сибирячка Алена Гурат написала письмо главнокомандующему войсками Национальной гвардии, в котором попросила призвать ее в Вооруженные силы [фото]
Алена Гурат говорит, что ей не важна ни зарплата, ни должность в вооруженных силах, главное - пойти по стопам брата.Алена Гурат говорит, что ей не важна ни зарплата, ни должность в вооруженных силах, главное - пойти по стопам брата.Фото: Виктория МИНАЕВА

27-летний младший сержант Дмитрий Гурат погиб в ночь на 24 марта, защищая в Чечне военный городок от боевиков, которые пытались похитить боеприпасы. Тогда в бою полегли шесть бойцов Росгвардии. Все они теперь герои посмертно. У Дмитрия в Сибири остались мать и младшая сестра - Алена. Последняя написала трогательное письмо главнокомандующему Национальной гвардией Виктору Золотову. Его копию 23-летняя девушка передала в редакцию «Комсомольской правды» - Новосибирск». В письме Алена просит призвать ее в армию служить по контракту.

Скрытый текст

 

«Я с 2012 по 2016 год обучалась в Омском государственном университете путей сообщения на факультете ИМЭК (девушка обучалась таможенному делу. - Прим. авт.). Мое обучение полностью оплачивал Дима, так как у мамы пенсия 8 тысяч рублей. Дима и маме ежемесячно высылал 30 тысяч рублей. Это был сын и брат, каких мало. Мы потеряли все. Не деньги главное - главным в нашей семье была любовь к ближним, забота друг о друге, ежедневные звонки: «Как дела?» А теперь - ничего.Заставка на телефоне сестры бойца, погибшего при налете боевиков на военный городок в Чечне. Фото: Виктория МИНАЕВА

Заставка на телефоне сестры бойца, погибшего при налете боевиков на военный городок в Чечне.Фото: Виктория МИНАЕВАtrue_kpru

Еще при жизни Димы я мечтала встать в военный строй вместе с братом, и Дима это одобрял. Но случившаяся трагедия внесла свои грубые «поправки», но вопреки всему я все равно теперь хочу занять место своего брата. В настоящее время самостоятельно трудоустроиться очень трудно, и я обращаюсь к Вам, Виктор Васильевич, прошу оказать содействие в призыве меня на контрактную службу в войска Национальной гвардии. Место населенного пункта роли не играет, если в городе Омске не окажется вакансий для призыва. Лишь бы недалеко от адреса проживания мамы (она живет в селе Елизаветинка Черлакского района Омской области. - Прим. авт.), она у меня теперь одна, как и я у нее. Я очень надеюсь на Ваше участие в моей дальнейшей судьбе».

Алена рассказывает: ее брат восемь лет назад после срочной службы в армии отправился служить по контракту в Чечню, там был водителем БТР. Когда в ночь на 24 марта на военный городок напали боевики, он одним из первых бросился защищать офицерские общежития.

- Я горжусь братом, считаю, что он - герой. И мой долг - продолжить его дело. Меня не интересует, какая будет зарплата, какая будет должность. Я хочу служить, - прокомментировала «Комсомольской правде» свое письмо Алена.

Письмо Алены Гурат генералу Росгвардии. Фото: Виктория МИНАЕВА

 

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Смешивание красок в режиме в режиме "слоу-моушн"

Смешивание красок в режиме в режиме "слоу-моушн"

Компания по производству лакокрасочных покрытий Sherwin-Williams в рамках своей промо-акции для коллекции Emerald выпустила новый невероятно креативный рекламный ролик. Над роликом работали ребята из студий McKinney и PSYOP, а для его создания использовались роботизированные методы съемки и различные эффекты. Хотите верьте, хотите – нет, но в ролике не применялась CGI (компьютерная графика).
30-секундный рекламный ролик был сделан с использованием краски, воды и стандартных методов монтажа. Съемка производилась на слоу-моушн камеру Phantom, установленную на высокоскоростном роботе под названием "Spike", в 400- галлоновом резервуаре с водой.
Помимо самого рекламного ролика, ребята опубликовали видео о том, как этот самый ролик снимался – его можно посмотреть в конце статьи.
 


 



Перевод: Mangorielle
Источник: designtaxi
 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте аккаунт или войдите для комментирования

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать аккаунт

Зарегистрируйтесь для получения аккаунта. Это просто!


Зарегистрировать аккаунт

Войти

Уже зарегистрированы? Войдите здесь.


Войти сейчас